Когда-то один богач отправился на ярмарку. Дорогой ему повстречался красиво одетый господин. Это был сам дьявол.
— Что-то вы печальны, — сказал дьявол богачу.
— О чем мне печалиться? — ответил богач. — Ведь у меня есть все, что мне нужно.
— Это верно, но если бы у вас были дети, вы были бы во много раз счастливее.
— И это правда, — сказал богач.
— Так вот, — продолжал дьявол, — ровно через девять месяцев, день в день, у вас родится двое детей, если только вы обещаете одного из них отдать мне.
— Обещаю, — сказал богач.
Спустя девять месяцев, день в день, жена богача родила двух мальчиков, Жана и Жака. В скором времени дьявол пришел и забрал одного из них — Жака. Он увел его к себе и вырастил словно собственного сына. Мальчик стал большим и сильным, в тринадцать лет у него была борода как у сапера.
Дьявол держал прядильню. Как-то раз он сказал Жаку:
— Мне нужно уйти, в мое отсутствие ты присмотришь за пряхами. Гляди хорошенько, чтобы они исправно работали.
— Хорошо, отец.
Присматривая за пряхами, Жак решил заодно побриться. Занимаясь этим делом, он увидел в зеркальце, что одна из прях за его спиной строит ему рожи. Он дал ей подзатыльник, и тотчас все пряхи,— а было их двадцать пять, — разом испустили дух..
Вскоре дьявол вернулся домой.
— Где пряхи? — спросил он. — Исправно ли работали?
— Они все улеглись — подите поглядите.
Дьявол попробовал было их растолкать; убедившись, что они мертвы, он стал корить сына.
— Не вздумай учинить это в другой раз, — сказал он
ему.
— Хорошо, отец, больше не буду.
Дьявол привел двадцать пять женщин взамен тех, которые умерли, и потом сказал сыну:
— Мне надо отлучиться; смотри, чтобы пряхи не теряли времени даром.
— Хорошо, отец.
Пока дьявола не было дома, одна из прях снова чем-то досадила парню. Он отпустил ей затрещину, и все двадцать пять женщин разом упали мертвыми.
Когда после этого Жак вышел погулять в сад, он увидел красивую даму в белом. Она подозвала его и сказала:
— Дружок, ты в недобром доме.
— Как, — воскликнул парень, — неужели дом моего отца недобрый?
— Ты не у отца живешь, — продолжала дама, — а у дьявола. Настоящий твой отец — один богач, он живет далеко отсюда. Однажды, когда он шел на ярмарку, навстречу ему попался дьявол, который сказал ему, что он о чем-то печалится. Твой отец ответил, что ему не о чем печалиться, но дьявол все не унимался и сказал: «Если бы у вас были дети, вы были бы во много раз счастливее.
Так вот, через девять месяцев, день в день, у вас родятся двое детей, если только вы обещаете одного из них отдать мне». Твой отец согласился и дьявол забрал тебя к себе. А теперь, дружок, постарайся уйти отсюда как можно скорее. Но прежде поищи у дьявола под подушкой. Там ты найдешь старые черные штаны, захвати их с собой. Чем больше денег ты вынешь из кармана этих штанов, тем больше денег там останется.
Жак сказал даме, что последует ее совету, и вернулся в дом.
А дьявол по возвращении увидел, что все женщины опять мертвы. Он сильно разгневался.
— Если ты еще раз проделаешь это, — сказал он, — я тебя выгоню из дому.
А Жаку только того и нужно было. Поэтому, как только дьявол снова поручил ему присмотреть за пряхами, он одним махом умертвил их всех. На этот раз дьявол его прогнал.
Жак забрал черные штаны и прямиком пошел к своим родителям. Сначала его там не узнали, но он все-таки походил на своего брата, и с ним вскоре стали обращаться как с родным сыном. Однако отцу не пришлось долго радоваться, что у него в доме объявился такой силач.
Родители Жака, хотя и были богаты, все же сами ходили за плугом; поэтому брат однажды взял его с собой в поле. Пока они пахали, одна из лошадей заупрямилась.,
— Хлестни-ка ее кнутом, — крикнул Жан.
Жак так хватил лошадь кнутом, что раскроил ее надвое. Жан побежал домой рассказать отцу, что случилось.
— Ничего не поделаешь! — сказал Отец. — Оставь его в покое, не то он всех нас убьет.
Скоро силач вернулся домой. Плуг он нес на плечах, а в каждом кармане у него было по пол-лошади: он кнутовищем вспахал все поле.
— Отец, — сказал он, — я хлестнул лошадь кнутом, а она развалилась пополам.
— Ничего, сынок, купим другую.
Немного времени спустя в соседней деревне справляли праздник. Брат предложил пойти туда. Жак согласился. Жан шел впереди со своей невестой, а Жак позади. Они Дошли до площади, где крестьяне танцевали. Жак, ни слова не говоря, смотрел на танцующих, пока кому-то из них не вздумалось потехи ради подставить ему ножку.
— Берегись, — сказал шутнику Жан, — он одним щелчком может тебя уложить на месте.
— Не боюсь я ни тебя, ни. твоего брата, — ответил тот и повторил свою шутку.
Тогда силач велел брату и его невесте отойти в сторону, поближе к музыкантам, а сам так ударил озорника, что все танцующие разом упали мертвыми. Жан опрометью убежал, позабыв о невесте, а Жак отвел девушку к ее родителям. Дойдя до их дома, он спросил ее:
— Вы здесь живете?
— Да, — ответила девушка.
— Вот и хорошо! Ступайте домой. Он ее оставил и пошел восвояси.
Дома Жан уже рассказал все, что произошло.
— Придут жандармы, — говорил он, — нашу семью ославят по всей округе.
А силач, придя домой, запер все двери на крюки и засовы и сказал родителям:
— Если жандармы придут за мной, скажите, что меня нет дома.
И в самом деле, около часу ночи пришли двадцать пять жандармов; им открыли гумно и всех их впустили туда. Как только силач их увидел, он взял вилы и хватил ими того, кто шел впереди всех, — двадцать четыре жандарма тотчас упали мертвыми, а двадцать пятый убежал со всех ног, чтобы известить начальство. Однако дело на том и остановилось.
На другой день вербовщики с барабанным боем прошли по дерезне: они объявили, что все записавшиеся в солдаты будут получать щедрую плату. Жак сказал родителям: . — Мне охота пойти служить.
— Сынок, — молвил отец, — мы достаточно богаты, чтобы тебя прокормить, не нужно тебе это.
— Отец, — сказал сын, — я сам вижу, что и впредь буду вам причинять одни только неприятности; уж лучше я уйду из дому. — И вот он ушел и поступил на военную службу.
Как-то раз полковник дал Жаку и еще двум солдатам записку, по которой нужно было получить говядину,— они должны были принести по пятнадцать фунтов каждый. Все трое пошли к мяснику, и тот отпустил им говядину.
— Как, — сказал Жак, — это все? Да я один съел бы оту порцию. Живо зарежьте нам трех быков!
— На это, дружище, нужны деньги.
Тогда Жак сунул руку в карман черных штанов, а так как считать он.не умел, то стал полными пригоршнями кидать деньги на прилавок. Мясник собрал деньги и зарезал трех быков.
— Теперь, — сказал силач товарищам, — мы понесем каждый по быку.
При этих словах солдаты переглянулись.
— Если вам это трудно, — сказал силач, — я и без вас обойдусь. — Он попросил у мясника веревку, обвязал ею всех трех быков и взвалил их себе на плечи. На улице все прохожие останавливались и смотрели на него с изумлением. Полковник тоже не верил своим глазам. На другой день Жака послали за вином, он принес три бочонка сразу: обвязал их веревкой и взвалил себе на спину.
Все это пришлось не по вкусу полковнику, — он рад был бы избавиться от такого силача солдата. Чтобы отбить у него охоту к военной службе, он послал его в чистое поле караулить пушку, такую тяжелую, что тридцать лошадей не в силах были сдвинуть ее с места, и велел ему всю ночь напролет стоять на часах. Парню это занятие скоро прискучило, он лег на землю и заснул. Через час он проснулся, взвалил пушку себе на спину и отнес ее во двор дома, где жил полковник. Двор был мощеный. Когда он поставил пушку наземь, она пробила мостовую. Юноша закричал:
— Полковник, вот ваша пушка! Теперь вам уж нечего бояться, что ее украдут.
Жака записали в солдаты на восемь лет; но он был простак и думал, что ему нужно прослужить только восемь дней. Когда восемь дней миновали, он пошел к полковнику и спросил, не кончился ли уже срок его службы.
— Да, почтенный, — сказал полковник, — ты уже отслужил свой срок.
Получив такой ответ, Жак распрощался с полком и пошел наниматься к одному крестьянину. Дома была только хозяйка; юноша спросил ее, не нужен ли им работник. Она ответила:
— Муж как раз ушел искать работника, подожди, пока он придет.
Немного погодя крестьянин вернулся; ему никого не удалось найти, и парень сказал, что готов остаться у них в услужении: жалованья ему, мол, не нужно, а пусть, когда он отслужит год, хозяева дадут ему столько зерна, сколько он в силах будет взвалить себе на спину. Крестьянин посоветовался с женой.
— Спору нет, — говорили они между собой, — парень. рослый, дюжий, но больше пятнадцати буассо ему ведь никак не унести.
Ударили по рукам. Крестьянин показал ему свои поля и велел их вспахать. В плуг были запряжены две тощие лошаденки. Боясь, как бы даже легкий удар кнута не рассек их пополам, силач расстелил на землю свою куртку, положил на нее обеих лошадей, а сам впрягся в плуг. Жена крестьянина выглянула в окно и сказала мужу:
— Погляди-ка, новый работник сам на себе пашет. Нам не под силу будет его оплатить: все наше зерно уйдет на то, чтобы с ним рассчитаться. Как бы только от него отделаться!
Жак кончил пахать, сунул в каждый карман по лошади и вернулся домой. Хозяин и хозяйка притворились, будто очень ему рады.
— Почему ты не пришел обедать? — спросили они
его.
— Я хотел сначала кончить работу, — отвечал парень. — Все ваши поля распаханы.
— Ладно, — сказал крестьянин, — остаток дня можешь отдыхать.
Силач сел ужинать; он охотно съел бы один все, что подали на стол, но ему пришлось довольствоваться своей
долей.
На другой день хозяин, решив его погубить, велел ему свезти зерно на одну мельницу, откуда никогда еще никто не возвращался. Жак отправился в путь, весело посвистывая. Придя на мельницу, он увидел двенадцать дьяволов, которые пустились наутек, как только он приблизился.
— Ладно, — сказал он, — придется, видно, мне самому молоть зерно.
Он стал звать дьяволов, но чем громче он их звал, тем быстрее они бежали. Он принялся сам молоть зерно, а когда справился с этим делом, велел хозяйской лошади, которую привел с собой, воротиться восвояси. Увидя
лошадь одну, без работника, хозяйка обрадовалась было: она подумала, что парень уже не появится больше. Но он вскоре вернулся, волоча за собой мельницу и мельничный ручей. Притащив их к хозяйскому дому, он сказал:
— Теперь мне будет удобнее, не придется так далеко ходить на помол.
— Господи боже, — сказали хозяин и хозяйка, — какой ты силач!
Они делали вид, что очень довольны, а на самом деле очень досадовали.
Как-то раз хозяин сказал Жаку:
— Мне нужны камни — сходи за ними вон туда, в каменоломню.
Силач взял кирку и все нужное для обтески камня и спустился в каменоломню, а была она глубиной в добрых сто футов; никто не отваживался туда спускаться, потому что со стен все время обваливались увесистые камни. Он принялся откалывать огромные глыбы и со всего размаху кидал их через плечо, да так далеко, что они падали на дома и пробивали крыши. Вскоре прибежал хозяин и стал кричать:
— Довольно! Довольно! Поостерегись! Ведь глыбы, которые ты кидаешь, разрушают дома.
— Ну, вот еще, — сказал простак, — эти-то камешки!
Не зная, что ему делать, крестьянин послал Жака с письмом к своему брату, служившему тюремщиком, и велел ему дождаться ответа. Прочтя письмо, тюремщик заковал Жака в цепи и запер его в тюрьму, а тот не сопротивлялся, думая, что таков в этом краю обычай и что здесь-то люди и ждут ответа.
Но наконец ему прискучило ждать: он разорвал цепи, потянулся хорошенько и так ударил в дверь ногой, что дверь взлетела на крышу. После этого он пошел к тюремщику и спросил:
— Ну как? Где же ответ?
— Верно, — сказал тюремщик, — я было совсем запамятовал. Подожди минутку.
Тюремщик написал брату, чтобы тот отделался от силача как сумеет, а сам он за это не берется. Жак положил письмо в карман и отправился в путь, но, спохватившись, забрал с собой тюрьму с тюремщиком вместе и поставил ее возле хозяйского дома,
— Теперь, — сказал хозяину парень, — вы сможете часто видеться с братом. — И прибавил: — А не отслужил ли я.уже год?
— Так оно и есть, — ответил, хозяин, — год как раз кончился.
— Тогда дайте мне зерна, сколько я себе выговорил. При этих словах муж и жена начали плакать и причитать.
— Вовек, — говорили они, — нам не раздобыть столько зерна, сколько тебе нужно, собери мы все запасы, какие есть в деревне.
Силач сначала прикинулся, что требует уплаты, но наконец сказал, что не хочет их обидеть, и, пошарив в кармане черных штанов, даже дал им денег.
Уйдя от крестьянина, он пошел куда глаза глядят и дошел до берега моря; там он сел на первый попавшийся корабль. Но один из матросов, узнав, что у него есть штаны, в карманах которых не переводятся деньги, зарезал его, когда он спал, и похитил штаны. Матроса я нынче видал, он в этих самых штанах гулял.

Жили-были в одном королевстве добрый король и красивая королева. Был у них
единственный сын, прекрасный, как ясный день. Они любили его без памяти.
Единственной страстью молодого принца была охота. Каждое утро с дюжиной верных
слуг и двумя дюжинами борзых он отправлялся в дикие леса и каждый вечер под
торжествующие звуки горна возвращался домой с добычей.
Но вот однажды лошадь принца вернулась домой одна. Молодой принц забрел глубоко
в лес и потерял дорогу. Быстро стемнело, и из своих нор вышли на охоту голодные
волки. Принц взобрался на высокий дуб и, устроившись среди его могучих ветвей,
уснул. Когда он проснулся, солнце ярко светило и весело пели птички. Но как ни
пытался принц найти дорогу в диком лесу, все его попытки были бесполезны.
Присев отдохнуть, он утолил голод лесной земляникой и запил водой из
прохладного родника. Целый день проискал он дорогу в лесу, а к вечеру, усталый,
опять взобрался на старый дуб и проспал всю ночь. Так продолжалось три дня и
три ночи. Днем принц упорно искал выход из дикого леса, а вечерами спал на
ветвях старого дуба. Но вот на четвертую ночь, забравшись на дуб, он вдруг
увидел вдали слабо мерцающий огонек. Он быстро слез с дерева и побежал в
сторону мерцающего огонька. Целый час он пробирался сквозь густые заросли
колючек, пока наконец не увидел стоящий в чаще леса освещенный замок. Он
подошел к чугунным воротам и постучался. И вдруг - о чудо! - ворота открылись,
и перед его взором предстала девушка, прекрасная, как день.
- Добрый вечер, красавица! - приветствовал ее принц. - Я сын короля Франции. Я
потерялся на охоте и уже три дня и три ночи безуспешно пытаюсь найти дорогу
домой. Я просто умираю от голода и жажды. Пожалуйста, не прогоняй меня и
позволь мне остаться здесь на ночь.
- Входи, милый принц, - сказала, улыбаясь, девушка. - Меня зовут красавица
Джоана. Я накормлю и напою тебя, но оставить на ночь не смогу, поскольку мои
родители страшные людоеды и они скоро вернутся домой. Я очень не хочу, чтобы
они нашли тебя здесь и съели.
- О, добрая девушка, - возразил ей принц. - Я очень устал и хочу спать. У меня
нет сил возвращаться в лес.
- Ну, хорошо, - сказала девушка. - Входи, я накормлю, напою тебя и спрячу под
бочкой.
И она сделала все, как обещала.

Ровно в полночь в замок вбежали запыхавшиеся людоед с людоедкой и сразу же
заметили, что воздух что-то нечистый.
- Хм-хм! Человечинкой пахнет здесь. Тут что-то неладно, - сказал людоед
страшным голосом.
- Это совершенно невозможно, - сказала Джоана. - Посмотрите сами. Людоед с
людоедкой стали искать повсюду, заглянули во все углы, все обшарили, но никого
не нашли.
- Ладно, - сказали они. - Сейчас мы ляжем спать, а утром поищем получше. - Они
повалились на кровать и захрапели.
Но красавица Джоана не торопилась засыпать. Она взяла пригоршню глины и слепила
из нее колобок, на него она прицепила свой отрезанный локон. Затем она взяла у
людоедов волшебную палочку, семимильные сапоги и разбудила принца.
- Вставай скорее! Мы должны бежать, иначе нас ждет несчастье.
И, надев сапоги-скороходы, они помчались быстрее ветра. Услышав странный шум,
людоеды почувствовали неладное и крикнули:
- Красавица Джоана, иди сюда, пора спать!
А волшебный колобок ответил голосом девушки:
- Сейчас, сейчас, только умою лицо.
Через минуту людоеды опять закричали:
- Красавица Джоана, иди сюда ложиться спать.
Волшебный колобок им в ответ:
- Сейчас, сейчас, только разденусь.
Прошло еще немного времени, и людоеды опять закричали:
- Красавица Джоана, где же ты? Пора спать.
- Сейчас, сейчас, только сниму башмаки, - опять ответил колобок.
И вот уже забрезжил рассвет, как людоеды опять спросили:
- Красавица Джоана, где же ты? Спать пора.
Но колобок ничего не ответил на этот раз, поскольку наступило утро и его
волшебная сила закончилась. Не услышав ответа, людоеды кинулись в комнату
Джоаны и все поняли.
- Ах, негодница! Она сбежала с человеком и унесла с собой нашу волшебную
палочку и семимильные сапоги-скороходы. Скорее за ними, мы успеем поймать их и
полакомиться человечинкой!
Людоед достал другую волшебную палочку и, надев десятимильные сапоги-скороходы,
ринулся в путь со скоростью молнии.
Вскоре красавица Джоана и принц услышали за своей спиной свист и поняли, в чем
дело. Взмахнула Джоана волшебной палочкой и превратила принца и себя в
маленьких птичек. Уселись они на веточку дерева и начали распевать. Людоед
подлетел к ним и спрашивает:
- Эй, птички-невелички, не видели ли вы красавицу с принцем?
Ничего не ответили птички, только продолжали распевать тоненькими голосочками.
Ни с чем вернулся домой людоед, а красавица Джоана с принцем опять обернулись
людьми и полетели дальше.
- Ну что, нашел их? - спросила людоеда жена, когда он вернулся в замок.
- Куда там! Как сквозь землю провалились. Только и встретил, что двух пташек
глупых, - ответил людоед.
- Ах ты, дурище! Ведь это они и были. А ну, отправляйся и поймай их скорее.
А Джоана с принцем уже далеко были. Понесся людоед еще быстрее... вот уже
близко!
Красавица взмахнула волшебной палочкой и превратила принца в черную уточку, а
себя в глубокое озеро. Поравнялся людоед с ними и спрашивает:
- Эй, черная уточка! Не пролетали ли тут красавица с принцем?
Но ничего не отвечала уточка, только тихонечко покрякивала. Опять людоед ни с
чем вернулся домой, а красавица с принцем полетели дальше еще быстрее.
- Ну, поймал их? - спросила людоеда жена, когда он вернулся в замок.
- Нет. Никого не видел, кроме черной уточки и глубокого- преглубокого озера.
- Дурище ты тупоголовое. Это ведь они и были. Лети скорее и хватай их.
Людоед помчался еще быстрее. Вот-вот нагонит! Обратилась тогда красавица
овечкой, а принца бараном сделала. Подлетает людоед и спрашивает:
- Эй, овцы шелудивые, не видали ли вы красавицы с принцем?
- Бе-бе, - только и отвечали овечки.
Вернулся людоед опять назад.
- Нигде не нашел я их. Только в пути и видел, что овец шелудивых пару.
- Так ведь это они и были, - опять рассердилась людоедка и сама кинулась в
погоню. Но принц с красавицей уже очень далеко были, и она не смогла догнать
их.
Через семь дней и семь ночей долетели они до королевства французского, и не
было предела радости родителей принца. В этот же день он женился на красавице
Джоане и зажил с ней в мире и согласии.